За последний год Грузия получила статус кандидата на членство в ЕС и подписала соглашение о стратегическом партнерстве с Китаем. Эксперты опасаются, что эти два пути несовместимы.
Уже решено, что Грузия предоставит китайскому консорциуму [CCCC] право на строительство глубоководной гавани Анаклия на Черном море — порта, имеющего стратегическое значение для Грузии. Только этот консорциум и принял участие в объявленном правительством тендере.
«В настоящее время проводятся юридическая и коммерческая экспертизы поданного претендентом предложения, после чего будет объявлен победитель«, — сообщили JAMnews в министерстве экономики.
Китайско-Сингапурская холдинговая компания [CCCC] подверглась санкциям США за сомнительную репутацию, связанную с разрушительной деятельностью в Китайском море. Также компания попала в «черный список» Всемирного банка, Азиатского и Африканского банков развития за совершение коррупционных сделок. И если правительство Грузии рассматривает сделку с этой компанией как «экономическое облегчение» для страны, то президент Грузии Саломе Зурабишвили заявила, что этот выбор является «ударом ножом» по американским и европейским партнерам.
Незадолго до сделки с китайцами парламент Грузии принял скандальный «закон об иноагентах», что было расценено стратегическими партнерами как изменение геополитического курса страны. И некоторые эксперты предполагают, что между передачей ключевого инфраструктурного объекта Китаю и фактическим отказом от процесса европейской интеграции существует взаимосвязь.
Отношения между Грузий и Китаем стали особенно интенсивными после того, как страна получила статус кандидата на членство в ЕС. После подписания документа о стратегическом партнерстве Китай ввел безвизовый режим для граждан Грузии, грузинский премьер-министр Иракли Кобахидзе заявил о многостороннем углублении отношений между двумя странами, участились прокитайские сообщения на правительственных телеканалах.
При этом Грузия получила статус кандидата при условии выполнения девяти рекомендаций, среди которых появилась одна новая — приблизить общую внешнюю политику и политику безопасности к политике Евросоюза.
Эксперты предполагают, что эта рекомендация была добавлена именно из-за активизации грузино-китайских отношений, поскольку Евросоюз считает Китай угрозой и «возникли сомнения в том, насколько искренне Грузия заинтересована в евроинтеграции».
Какую опасность усматривают эксперты в сближении Грузии с Китаем?
Быстрое сближение Китая и Грузии несовместимо с европейской интеграцией, и Грузии придется выбирать между этими двумя интеграционными процессами, считает Иване Чхиквадзе, исследователь фонда «Открытое общество Грузии».
По его мнению, вышеупомянутая рекомендация ЕС обусловлена двумя причинами:
«Прежде всего, это подписанное Грузией соглашение о стратегическом сотрудничестве с Китаем, что, согласно концепции безопасности ЕС, представляет угрозу европейской интеграции. Вторая причина же – то, что Грузия возобновила авиасообщение с Россией. Два этих фактора вызвали у Евросоюза серьезные вопросы относительно того, насколько искренне Грузия заинтересована в евроинтеграции».
Чхиквадзе полагает, что, реализуя крупные инфраструктурные проекты (в Греции, Албании, а теперь вот — в Грузии), Китай пытается создать единый пояс, который будет в какой-то степени конкурировать с Евросоюзом. Грузинское же правительство думает, что передача ключевых инфраструктурных проектов Китаю поможет Грузии выполнить свою историческую транзитную функцию и еще больше приблизит ее к ЕС.
Но, по словам Чхиквадзе, когда речь идет о евроинтеграции, «главное — выполнить девять рекомендаций, и не надо искать другие форматы сверх этого, не надо изобретать велосипед».
Проблематичным выглядит также и отсутствие у Китая четкой позиции по российско-украинской войне.
«Эта война больше не оставила серых зон в международных отношениях. Невозможно, чтобы страна занимала нейтральную позицию, нужно быть или против агрессии, или на стороне России», — говорит Иване Чхиквадзе.
Он считает, что грузинское правительство не сможет сохранить хрупкий баланс между европейской интеграцией и сближением с Китаем:
«Хорошим примером того, как не работает политика балансирования, является Армения, которая пыталась оставаться в орбите России с точки зрения безопасности и в то же время подписала соглашение о партнерстве с Евросоюзом, и мы все видели результат».
По оценкам экспертов, экономическая мощь Китая становится его политическим инструментом. Быстрый экономический рост сделал страну крупным игроком в международной торговле и инвестициях. На этот момент китайская экономика является второй в мире (ВВП $14 трлн), и страна является крупнейшим мировым экспортером товаров. А благодаря инвестициям в инфраструктурные проекты и стратегические отрасли, растет также и геополитическое влияние Китая.
«В целом китайская политика по своей структуре не является жесткой, агрессивной, как, например, в случае с Россией. Напротив, она тихая и скрытная», — рассказывает китаевед Теона Гелашвили.
Теона изучала китайский язык и литературу в Тбилисском государственном университете, выиграла стипендию китайского правительства и поехала по специальной учебной программе в Китай, а после завершения программы решила продолжить обучение в Пекинском международном университете на факультете китаеведения.
«Это были международные отношения с азиатской точки зрения. Преподавали как китайские, так и европейские преподаватели. Там я поняла особенности того, как китайцы смотрят на свою страну и мир с политической точки зрения».
Теона считает, что установление стратегических отношений с Китаем требует детального понимания политики и культуры этой страны. Отношения с китайцами и китайскими компаниями убедили ее, насколько важно сохранять при этом принципиальную позицию. И, по мнению Теоны, очень важно, какую позицию сейчас займет правительство Грузии:
«Надо понимать, что, если одна страна интересуется другой страной и вкладывает в нее много ресурсов, значит, она хочет получить политическое влияние над ней».
«Нужно всегда быть принципиальными. Если проявить слабость, этим воспользуются и используют против вас. Необходимо иметь твердые позиции».
Контраргументы
Эксперт по международным отношениям Торнике Шарашенидзе не видит на данном этапе никаких рисков в активизации экономических отношений между Грузией и Китаем:
«Грузия — бедная страна и ей нужны китайские инвестиции. Если кто-то считает, что у нас не должно быть экономических интересов, то это обычная глупость. Каждая страна старается повсюду иметь союзников и партнеров. Чем больше у тебя союзников, тем лучше для тебя».
Шарашенидзе считает, что, в отличие от Евросоюза, Грузия не может позволить себе роскошь отказаться от китайских инвестиций. Он приветствует инвестиции Китая в порт Анаклия, если государство сохранит контрольный пакет акций:
«Каждая маленькая страна вынуждена учитывать международный контекст. Когда в 1990-е и 2000-е годы мир был однополярным и Америка была сильнейшим государством, Грузия до конца следовала за США. А теперь появился второй по силе игрок в лице Китая, и Грузия на каком-то уровне учитывает эту реальность. Тем более, что Россия не может открыто воевать против Китая. И мы можем рассматривать сотрудничество с Китаем, как балансир влияния России в регионе».
Грузино-китайские отношения сегодня
По последним данным, Китай является четвертым по величине торговым партнером Грузии. За последнее десятилетие товарооборот между двумя странами утроился. Основными секторами сотрудничества Грузии и Китая являются транспорт, энергетика и туризм.
В частности, объем торговли в прошлом году приблизился к двум миллиардам долларов, что является существенным ростом по сравнению с показателем 2019 года (1,1 миллиарда долларов). В первом квартале 2023 года Грузия получила почти 20 миллионов долларов китайских инвестиций.
Грузия стала первой страной в регионе, подписавшей соглашение о свободной торговле с Китаем.
Грузия установила безвизовый режим для граждан Китая в сентябре 2023 года. А 26 февраля 2024 года стало известно о решении Китайской Народной Республики отменить визовый режим для граждан Грузии. Безвиз вступил в силу 10 апреля.
Подписанный между странами договор включает политическое, экономическое, международное и межнародно-культурное измерения. Стороны сходятся во мнении, что, наряду с интенсификацией торговли, углубление двусторонних отношений является приоритетом внешних связей. Они объявляют об усилении политических консультаций между законодательными и исполнительными органами власти и политическими партиями. Грузия приветствует предложенный Китаем «Один пояс — один путь», инициативы глобального развития, цивилизации и безопасности и убеждена, что «Китай предлагает человечеству новый путь и выбор для достижения модернизации».
Однако, по словам министра иностранных дел Грузии, «стратегическое партнерство с Китаем не предполагает изменения внешнеполитического курса страны».